26.04.2026 Записки с горы
Apr. 26th, 2026 10:47 amС новым утром!
Сегодня мрачная дата - сорок лет со дня аварии на Чернобыльской АЄС. В каком-то смысле репетиции февраля 2022 года. Правда, в день, когда произошла авария, и в последующие пару недель я был в санатории в Закарпатье, так что о некоторых вещах знаю только по рассказам - например, о толпах на вокзале, когда после 1 мая об аварии и радиационном загрязнении всё-таки сообщили официально.
Тогда тоже многие сбежали подальше от Киева - помню, как мы с товарищем в августе приехали на три недели в Гагру и встретили на пляже доцента одного из киевских вузов с женой. Он ещё в мае взял отпуск за свой счёт, снял с книжки все деньги и с тех пор безвылазно сидел в Гагре. На шашлыки смотрел уже с лёгким отвращением. Были и уехавшие насовсем - у нас в институте пара знакомых преподавателей продали квартиры и переехали куда-то за пару часовых поясов.
И крыши у многих ехали. Не удивительно - постоянное ощущение невидимой опасности, от которой никуда не спрячешься, расшатывает психику не по-детски. Подозреваю, что такие люди, которые сейчас во время каждой тревоги спускаются в метро и сидят там часами, тогда пили литрами красное вино, которое считалось надёжным средством от радиации.
Лет через десять я столкнулся в институте с ещё одним последствием аварии - льготной категорией студентов - чернобыльцами... Но это отдельная история.
Я был на экскурсии в Зоне в 2006 году, сразу после киевского Еврокона. Помню как безумно трещал счётчик Гейгера, когда мы проезжали по дороге через то место, где стоял раньше Рыжий лес, и даже в защищённом помещении комнаты, из которой показывают саркофаг. Через двадцать лет после аварии! Именно тогда я смог реально ощутить весь героизм и самоотверженность ликвидаторов.
В своё время Спілка журналістів України выпустила сборник, посвящённый ликвидаторам. А пару месяцев назад выяснилось, что из 119 героев этого сборника в живых на сегодня осталось всего двое.
Такие дела.
Далі буде.
Сегодня мрачная дата - сорок лет со дня аварии на Чернобыльской АЄС. В каком-то смысле репетиции февраля 2022 года. Правда, в день, когда произошла авария, и в последующие пару недель я был в санатории в Закарпатье, так что о некоторых вещах знаю только по рассказам - например, о толпах на вокзале, когда после 1 мая об аварии и радиационном загрязнении всё-таки сообщили официально.
Тогда тоже многие сбежали подальше от Киева - помню, как мы с товарищем в августе приехали на три недели в Гагру и встретили на пляже доцента одного из киевских вузов с женой. Он ещё в мае взял отпуск за свой счёт, снял с книжки все деньги и с тех пор безвылазно сидел в Гагре. На шашлыки смотрел уже с лёгким отвращением. Были и уехавшие насовсем - у нас в институте пара знакомых преподавателей продали квартиры и переехали куда-то за пару часовых поясов.
И крыши у многих ехали. Не удивительно - постоянное ощущение невидимой опасности, от которой никуда не спрячешься, расшатывает психику не по-детски. Подозреваю, что такие люди, которые сейчас во время каждой тревоги спускаются в метро и сидят там часами, тогда пили литрами красное вино, которое считалось надёжным средством от радиации.
Лет через десять я столкнулся в институте с ещё одним последствием аварии - льготной категорией студентов - чернобыльцами... Но это отдельная история.
Я был на экскурсии в Зоне в 2006 году, сразу после киевского Еврокона. Помню как безумно трещал счётчик Гейгера, когда мы проезжали по дороге через то место, где стоял раньше Рыжий лес, и даже в защищённом помещении комнаты, из которой показывают саркофаг. Через двадцать лет после аварии! Именно тогда я смог реально ощутить весь героизм и самоотверженность ликвидаторов.
В своё время Спілка журналістів України выпустила сборник, посвящённый ликвидаторам. А пару месяцев назад выяснилось, что из 119 героев этого сборника в живых на сегодня осталось всего двое.
Такие дела.
Далі буде.